Дуэль с соперницей

Сужу по себе: ведь именно в такой период жизни, отмеченный философскими попытками отнестись как к неизбежному к своему драматическому разрыву с мужем, я познакомилась с Ириной. И позавидовала ей.

Случилось это на многолюдной вечеринке у общих знакомых. Ирина сразу бросалась в глаза: красивая высокая женщина с открытой улыбкой и лучистыми глазами. Она была вместе с мужем, и о них без преувеличения можно было сказать — счастливая пара.

Через некоторое время мы вновь случайно столкнулись с ней в том же доме, и меня опять поразило, какую мощную положительную энергетику счастья излучала моя новая знакомая. В тот момент я была особенно чувствительна к таким вещам, а люди, которые обладали ими, невольно притягивали. Мы разговорились, постепенно разговор принял вполне «женское» направление, я уже, больше слушала, а говорила одна Ирина.

Я люблю… свою соперницу

Ее рассказ до удивления походил на мою историю, вернее сказать — походило только начало, исходные условия задачи, которые предложила решить жизнь. И решение, которое выбрала я, мне казалось тогда единственно верным — разве можно простить измену самому близкому человеку, которому я безгранично верила? И более того — вступить в борьбу с обстоятельствами, от которых мне хотелось бежать на край света, только бы не знать, не видеть, забыть? Но вот передо мной сидела женщина, которая подняла перчатку, брошенную ей судьбой.

Это случилось четыре года назад, когда разразился кризис. У Сергея на работе начались неприятности, муж, привыкший к успеху, был в тяжелом моральном состоянии. Ну, что я вам рассказываю? Все помнят, какое тогда было настроение… Вот тут и появилась она, коллега по работе, разделившая с ним проблемы. В общем, мужа, наверное, можно было понять. Дома — жена, двое детей, обо всех надо заботиться. А ему самому необходимо было сочувствие. Хотя, видит Бог, я его ни в чем не упрекала и, как могла, старалась держать дом на прежнем уровне. Я всегда неплохо зарабатывала, я архитектор, у меня были сбережения на черный день, и вот этот день наступил. Правда, я еще не знала, насколько он будет для меня черным.

Сергей рано уходил на службу, хотя делать ему там было нечего, поздно возвращался, был неестественно весел. И еще… Я помню, что постоянно звонил телефон, и этот настойчивый женский голос, он просто преследовал меня. Муж объяснял, что звонит его коллега, по делу, и тем самым снимались все мои возможные недоумения.

Однако эта «коллега» так бесцеремонно, беззастенчиво влезала в нашу жизнь что я поняла — это не рядовая интрига, а связь такого рода, из-за которой рушится семья. Я чувствовала и боль и ужасавшую по силе ревность.

Но одно было несомненно — я люблю мужа, я не хочу его отдавать и не отдам. Правда тут надо сказать вот о чем… В этот момент две мои самые близкие подруги были в разводе. Вернее, одна уже развелась, а другая жила с мужем раздельно, в состоянии перманентной войны. И вот я каким-то чутьем поняла, что с ними ни в коем случае нельзя обсуждать свою ситуацию. Потому что совет будет один — да бросай ты его, да все эти мужики они такие… Ну и так далее. Да, я нуждалась в совете, но его мне хотелось услышать от женщины, сумевшей бы непредвзято посмотреть на мою проблему. Однажды это решилось само собой. Ко мне на работе подошла одна сотрудница, очень успешная во всех смыслах женщина, и сказала, что видит, что со мной творится что-то неладное, не нужна ли помощь. И я ей все рассказала. Ее слова многое решили: «Твоя обида так сильна, что способна выжечь из сердца само имя твоего мужа. Не допусти этого ни в коем случае. Запомни, все — к лучшему, хотя сейчас ты и не можешь оценить верности этих слов. Но потом поймешь…»

Ирина замолчала, я чувствовала, что она подбирает наиболее точные слова для того, чтобы объяснить мне то, что ей самой уже было известно.

«Действительно, все к лучшему, любое событие в жизни — подсказка судьбы, но часто мы не можем различить эти подсказки в пугающих нас обстоятельствах. Но об этом после… А тогда я начала действовать. Теперь у меня есть собственное ноу-хау «Как победить соперницу» (Ирина рассмеялась).

Итак, звонки продолжались, я жила в своем маленьком аду, но мужу этого не показывала. Однажды я предложила ему пригласить его «коллегу» поужинать с нами в ресторане. Я отлично сыграла искренность: «Мне бы очень хотелось познакомиться с человеком, который оказывает тебе такую большую деловую и моральную поддержку». Что оставалось Сергею? И как бы он мне мог объяснить свое нежелание меня с ней знакомить? И вот, спустя пару дней, мы с мужем сидим за столиком в ресторане, пьем вино, ждем. Я вижу, что муж волнуется, но как волнуюсь я! И вот появляется она — красивая, стройная, уверенная. А главное — такая молодая! Мне было тогда 35, ну а ей — на десять лет меньше. Какая у нее была ослепительная, победительная улыбка!

Но я весь вечер демонстрировала: она — это она, а мы с мужем — это единое целое. Рассказывая о доме, я говорила «мы», я показала ей фотографии наших детей я рассказывала забавные случаи из нашего с мужем совместного прошлого, которого не было с ним у нее. А еще я с нежностью дотрагивалась до руки мужа. Я чувствовала, как Сергей пытается отодвинуть меня… И все-таки я продолжала быть любезной с Наташей, говорила ей комплименты. А по завершении вечера, когда мы вышли из ресторана, я настояла на том, чтобы непременно отвезти Наташу на нашей машине домой, и села впереди, рядом с Сергеем, а она оказалась одна, на заднем сиденье.

Когда мы доехали до Наташиного дома и прощались с ней, улыбка у нее была уже не победительная. Но это было только начало, я не обольщалась. Дома я еще раз сказала, как мне понравилась Наташа, и так или иначе, но Сергею, конечно, это было приятно слышать. И он купился, стал откровенным, рассказал, какие у нее замечательные актерские данные, что она непременно еще поступит во ВГИК, а пока не поступила, потому что не везло. И у меня сразу родился новый план.

По роду работы я знакома со многими известными фотографами, которые снимали не только те дома, которые я проектирую, но и обложки для модных журналов. И вот я договорилась с одним из них, что приведу на съемку девушку, начинающую актрису, как знать — может, она станет моделью? Идея была хороша во всех смыслах. Если Наташа реально талантлива и у нее получится, модельный мир так закрутит ее, что она сама забудет о Сергее. Если же она неталантлива, что ж, сделаем так, чтобы Сергей узнал об этом. Когда мы с Наташей ехали на съемку, она чувствовала какой-то подвох, была напряжена, но потом увидела — нет, все по-настоящему.

Студия, фотограф, визажист… Съемка шла пять часов, и все это время я была в студии. Я помогала советами — добрая подруга. Через пару дней позвонил фотограф. Вот тут уж вмешалась судьба — меня в этот момент не было дома, к телефону подошел Сергей. Фотограф просил мужа передать мне, что, к сожалению, съемка не удалась.

Что моя протеже, увы, неталантлива, на фотографиях у нее пустые глаза, на обложку она никак не годится. Муж вечером передал мне этот разговор, а потом, помолчав, впервые за полгода предложил поехать в выходные на дачу, «посмотреть, как там дом, ведь скоро лето».

Это была окончательная победа? Если бы… Впереди было еще полгода. Полгода их встреч, моих внутренних истерик, когда так хотелось все бросить и бежать куда глаза глядят! Не буду утомлять вас описанием своих сражений.

Расскажу о финале. Сергей, вероятно, уже принял решение расстаться с Наташей. Но, конечно, боялся объяснений. Он просто начал ее избегать, это было нетрудно — к тому времени он сменил работу. А Наташа потеряла над собой контроль — она звонила не переставая, плакала в трубку и мне (мне!) жаловалась на Сергея. И однажды я поняла — все, пришел момент заканчивать эту историю. Сергей не может этого сделать, сделаю я. Боже мой, какая же была разница между нашей первой и последней с ней встречей! У меня на кухне сидела заплаканная, дрожащая женщина.

Сначала она твердила: «Я не могу без него, я с собой покончу…» Потом — шантажировала: « Я беременна, я буду рожать, и все равно он вас бросит». А затем, рыдая, признавалась в своей лжи. Честное слово, я жалела ее.

И поила ее чаем, утешала, хотя у меня самой тряслись руки. Я говорила, что у нее все впереди, я просто била перед ней чечетку, расписывая, как еще счастлива она будет! Она ушла, а я вдруг испугалась. А что если она действительно решит покончить с собой? Ее адреса я не знала, только номер пейджера. Тогда я позвонила в службу доверия, сказала, что молодую девушку бросил любовник и она грозит самоубийством. Я долго убеждала их связаться с ней по пейджеру. Наконец они спросили: а кем я сама-то буду этой девушке? «Я жена ее любовника». Там долго молчали. И наконец: «Таких историй у нас еще не было». (Ирина рассмеялась). А знаете, что мне сказал муж после всего этого годового кошмара? «Я и не знал, что ты меня так любишь. Больше так никто любить не умеет».

А что с Наташей? Она прислала Сергею негрустное прощальное письмо, где так и написала: «Я поняла, что вы с женой одно целое». — «А как вы узнали, что в письме, Сергей показал?».

«Нет, просто у нас один ключ от почтового ящика — у меня. И я, конечно, не могла удержаться и не прочесть ее письма. А потом я его запечатала и вместе с газетами отдала Сергею. Нехорошо, да?». И Ирина рассмеялась своим длинным счастливым смехом.

Фото: Getty Images

Источник: www.woman.ru